На Сенатской площади 14 (26) декабря 1825 года выстроились около трёх тысяч солдат и матросов. При них — примерно тридцать офицеров. Вооружённая сила, центр столицы, момент династического кризиса. А восстание проигрывало ещё до первого артиллерийского выстрела: вооружённые люди на площади так и не стали действующей политической силой.
Декабристов принято вспоминать как героев, а их поражение — как трагедию. Спорить с тем, что это были искренние и смелые люди, трудно. Но вопрос не в мужестве. Вопрос в механике: как получилось, что дворяне-офицеры, выступавшие против крепостного права и самодержавия, не создали ни устойчивого командования, ни массовой опоры — и их выступление было обречено почти с первого часа?
Люди, которые хотели изменить Россию
Декабристы — участники тайных антиправительственных обществ, возникших в 1810–1820-х годах. Движение формировалось преимущественно в дворянско-офицерской среде. Их объединяло требование отменить крепостное право и ограничить самодержавие представительными институтами. Часть радикалов допускала республику.
Откуда взялись эти идеи? Ключевой опыт — Отечественная война 1812 года и Заграничные походы 1813–1814 годов. Молодые офицеры познакомились с иным политическим порядком Западной Европы и сопоставили его с сохранением крепостничества и самодержавия в России. Сопоставление получилось болезненным.
Но единой партии с единой программой у них не было. Сначала возник Союз спасения, затем Союз благоденствия — не менее двухсот человек. Потом движение распалось на Северное и Южное общества. Северное общество во главе с Никитой Муравьёвым ориентировалось на конституционную монархию. Южное, где главной фигурой был Павел Пестель, — на республику с временным верховным правлением после захвата власти.
Разница не косметическая. Это два разных представления о том, какой должна стать Россия после переворота. Движение не имело устойчивого единства ещё до выхода на площадь.
Окно возможностей
Повод для выступления дал сам престол. 19 ноября (1 декабря) 1825 года умер Александр I. Формально наследником считался его брат Константин Павлович, но тот ранее отказался от престола. Отказ не был публично объявлен — возникла неопределённость вокруг порядка престолонаследия и присяги.
14 (26) декабря должна была состояться присяга Николаю Павловичу. Декабристы решили использовать путаницу. План выглядел масштабно: вывести верные части на Сенатскую площадь, заставить Сенат объявить гражданские права и свободы, отмену крепостного права, сокращение военной службы до пятнадцати лет, создание выборных органов власти. Предусматривался даже созыв общего собрания представителей сословий и губерний.
И вот первый парадокс. Заговорщики подготовили сложную программу преобразований. А в решающий день, насколько можно судить, солдаты и горожане столкнулись не с развёрнутой политической программой, а с неопределённостью: отказ от присяги, ожидание, непонятное руководство. Сложная программа не работает без простого ответа на вопрос: кто теперь власть и что конкретно делать каждому участнику.
Почему три тысячи вооружённых людей проиграли
Причин несколько, и они наложились друг на друга.
Офицерская конспирация вместо армии как системы. Декабристы рассчитывали, что личный авторитет командиров позволит вывести солдат и удерживать их на площади. Это сработало — части вышли. Но дальше механизм остановился. Солдаты не были самостоятельным политическим субъектом восстания: им требовались ясный приказ, понятная цель и командование, которое ведёт дальше. Лояльность отдельных офицеров не превратилась в управление целой операцией.
Для меня здесь корень почти всего. Заговорщики понимали армейскую иерархию — среди них были люди с боевым опытом. Но они переоценили способность тайной группы управлять разными частями в условиях кризиса. Личная преданность солдат своим командирам — не то же самое, что готовность армии к перевороту.
Отсутствие командования и пассивное ожидание. Назначенный руководителем восстания Сергей Трубецкой на площадь не пришёл. Восстание в самый важный момент осталось без командующего. Запасного механизма руководства не оказалось.
Дальше — хуже. Восставшие несколько часов стояли и ждали. Пока они стояли, Николай I собирал верные части и подтягивал артиллерию. Инициатива ушла к правительству. Генерал-губернатор Милорадович попытался уговорить солдат разойтись и был убит. Но даже после этого восставшие не перешли к активным действиям. Построившиеся вооружённые части без командования в центре города — это изолированный лагерь, а не армия. К сумеркам Николай приказал открыть огонь. Восстание было рассеяно.
«Во имя народа, но без народа». Это, на мой взгляд, самая важная часть. Декабристы действовали во имя народа, но без народа. Пропаганда велась преимущественно среди офицеров. Работы среди солдат сознательно избегали — боялись раскрытия тайного общества. Народ остался адресатом программы, но не участником переворота.
В условиях путаницы вокруг присяги солдаты оказались вовлечены в выступление, смысл которого был им понятен лишь отчасти. Они не были заговорщиками — они были инструментом. Восстание не стало общенациональным движением. Позднее, 29 декабря 1825 — 3 января 1826 года по старому стилю, произошло восстание Черниговского полка в районе Киева, но и оно было подавлено.
Был ли шанс?
Кратковременный успех был возможен. Если бы Трубецкой вышел на площадь, если бы одновременно пришли все обещанные части, если бы заговорщики быстро захватили ключевые учреждения и объявили понятный манифест — ход дня мог сложиться иначе.
Но устойчивая победа — крайне маловероятна. Даже успех в Петербурге не означал бы победы движения. Северное и Южное общества имели разные проекты: конституционная монархия против республики. Неочевидно, что после переворота вчерашние заговорщики быстро договорились бы о форме власти. А широкой общенациональной поддержки декабристы не создали — их организационная работа оставалась внутри узкой офицерской среды.
Формулу «не имели ни единого шанса» стоит читать как публицистическое усиление. Возможность первоначального успеха существовала — часть войск действительно вышла на площадь. Вероятность устойчивой победы — почти никакая.
Цена
К следствию привлекли 579 человек. Верховный уголовный суд рассмотрел дела 121 участника. Пятерых — Пестеля, Рылеева, Муравьёва-Апостола, Бестужева-Рюмина и Каховского — казнили. Остальные осуждённые получили разные приговоры в зависимости от категории обвинения: каторгу, ссылку, разжалование, лишение дворянских прав.
Для Николая I восстание стало исходной точкой жёсткого царствования. А со временем — важным символом оппозиции самодержавию.
На площади стояли тысячи вооружённых людей. Но никто не превратил их в действующую политическую силу. Декабристы умели обсуждать переустройство России — и не умели превратить заговор в политическое движение. Они говорили о народе, но остались изолированной группой дворян-офицеров. Знали, чего хотят, — и не знали, как сделать кого-то, кроме себя, своим союзником.
Героизм не заменяет политического механизма. Готовность умереть за идеалы — ещё не способность сдвинуть с места страну.